Статьи

Александр Филиппов – продюсер одесского телеканала «Третий Цифровой» открыл глаза на современную журналистику в целом и рассказал о основных принципах ее работы во время военных действий.

Перед тем, как перейдем к военной журналистике, расскажите пожалуйста, как работают современные украинские журналисты?

Украинскую журналистику можно сравнить со стайкой сусликов. Всегда киевские журналисты смотрят в одну сторону. Куда смотрят вожаки стаи – туда и смотрят все, их энергия устранена только в одном направлении. Это хорошо проявилось во время событий на Майдане, тогда киевская пресса начала поддерживать Майдан. Однако если вдруг журналист начинал высказывать другую точку зрения, то его начинали «травить». Таких людей объявляют необъективными журналистами, их упрекают в заангажированности или в неполной подаче информации. Все это происходит потому, что демократизация киевских СМИ направлена на то, чтобы стричь всех под одну гребенку. И как только журналист начинает выбиваться из этой линии, он сразу становится очень неудобным остальным людям. Именно поэтому мы наблюдали настолько массовое и ажиотажное волнение, когда происходили события на Майдане, многие журналисты искреннее поддерживали идеалы Майдана. За это нельзя их осуждать, однако когда они начинают использовать площадки своих СМИ донося не всю правду, а лишь часть правды - именно в этот момент и проявляется та самая массовая поддержка, которая сыграла свою роль при протестах в Украине в этом году.

Украинская журналистика оказалась готовой к военным действиям, которые сейчас проходят на Востоке Украины?

Журналисты не ожидали ни в коем случае, что ответная реакция Юго-Востока будет настолько мощной и бескомпромиссной, но украинская журналистика была к этому готова. Сегодня они в один голос, твердят о том, что на Востоке Украины есть только сепаратисты и сепаратисты, которые сочувствуют террористам. По их мнению там нет обычных людей, которым может нравиться Россия. Эта информационная кампания скорее напоминает военную. Здесь, сегодня уже никто не говорит об объективном освещении событий – это пропаганда. И то, что происходит в киевской прессе развивается абсолютно по логике военного времени, по логике той военной пропаганды, которое любое государство должно вести.

Другое дело, что насколько эта военная пропаганда способна быть достоверной, потому что любая реклама хороша тогда, когда реклама аккуратно подчеркивает преимущество продукта, но когда реклама начинает откровенно врать, возникает огромное количество вопросов.

Никто не хочет разбираться, а что же собственно происходит на Востоке страны. Киевские СМИ сегодня персоны нон-грата на Востоке

Если журналист киевский и отважится куда поехать, то с огромной долей вероятности он будет либо избит, либо расстрелян, либо захвачен. Происходит это только по одной причине – голос Востока сегодня действительно не слышен! Очень смешно, когда представители украинских каналов жалуются, что их отключают на Востоке, а включают российские взамен. Никто не требует от украинских телеканалов быть рупорами этих регионов, но слышать их мнение было необходимо и необходимо было делать раньше! Сейчас, когда на Востоке фактически началась война и новое восточное правительство самопровозглашенное, из кого бы оно не состояло, пусть они бандиты, террористы, но эти люди контролируют ситуацию на Востоке. И они откровенно не хотят видеть представителей украинской прессы потому, что это - не журналисты, это военные пропагандисты, которые, к сожалению, не озаботились о достаточной достоверности своих материалов.

Это очень хорошо показали события в Одессе, когда на третий день после побоища 2-го мая, министр МВД Украины заявлял, что погибшими в доме профсоюзов были приднестровцы и россияне. Однако выясняется, что там были в основном одесситы. Я считаю, что каждой пропаганде есть свой предел.  Можно долго выдумывать свою картинку мира и в этой искусственной картине мира существовать. Но потребители информации имеют доступ к нескольким источникам. На этом фоне ложь всегда становиться хорошо видна.

Почему тогда пропаганда так сильно преувеличивается?

Почему пропаганда ведется с такими перехлестами сказать очень тяжело. Для украинского правительства лучше всего говорить о том, что на Востоке страны достаточно локальное движение неопасных хулиганов, которые ведут свою, даже не партизанскую войну, а просто разборку друг с другом. Вместо этого по всем каналам страны говорят, что «в Донецк приезжают чеченцы» и «повстанцы захватили много оружия». Те повстанцы, которые сейчас на Востоке говорят, что они не хотят нападать на людей, ведь украинские военные первые пришли к ним с оружием. Во-вторых нужно правительству услышать этих и выполнить их требования. Но власти этого не делают, следовательно – повстанцы нападают. Если бы этот диалог звучал хотя бы в украинской прессе или хотя бы заявлялись вопросы «А что же они хотят?». Если бы голос Востока сегодня звучал так как он должен звучать, хотя бы по журналистским стандартам, я уверен, что таких проблем бы не было.

Как военные действия повлияли на журналистику?

Журналистика была непрофессиональной, стала еще более непрофессиональной. Когда люди на центральных каналах рассуждают о том, что они не знают и не видели, это еще один шаг назад к регрессу журналистики. Потому, что журналисты априори находятся на месте событий и знают настроения людей. Они являются ретрансляторами, выражая точку зрения населения. Я еще раз говорю, никого из украинской прессы на Донбас не пускают, и они сами боятся. Они понимают, что это для них смерть и погибель. Это все равно что зайти в клетку с голодными львами. Сегодня украинская журналистика в своей пропаганде опирается исключительно на сведения неофициальной организации «Інформаційний опір» Тимчука, считая эту организацию официальным источником информации. Это не так. Источников информации с Востока страны огромное количество. Свести мнения воедино можно и нужно. Например, «Інформаційний опір» сообщил о том, что из армии дезертировали 100 новопризванных солдат, которые не хотели воевать. В это же время боевики с Востока говорят, что они 100 человек убили во время своего нападения. Может как раз это те самые 100 человек? 

Стоит задуматься над тем, что однобокое освежение событий всегда рождает больше вопросов и сомнений. А это значит, что люди которые доверяют этой информации, просто перестанут верить. Они увидят, что есть еще другой ракурс, который им просто не показывают.

Если начнется настоящая война. Будут ли СМИ находиться в центре событий?

Сегодня есть СМИ, которые сопровождают до границы украинских военных с непокорными регионами. Российские мас-медиа имеют возможность общаться и брать интервью у так называемых сепаратистов. Фронтовые корреспонденты работают по той линии фронта, где им гарантирована хоть какая-то безопасность. Сложно представить себе фронтового корреспондента, который вдруг оказался в тылу врага. Военный корреспондент – это разведчик, либо шпион.

Сейчас журналистики нет уже. Есть всего лишь две пропагандистские точки зрения. Мы еще недавно обвиняли российские СМИ в тотальной заангажированности. А сегодня, мне звонят киевляне, и говорят, что они хотят к нам в Одессу, потому что мы сохранили хотя бы какие-то элементы рассудка.

Может ли СМИ решить сложившуюся ситуацию на Востоке?

Решить эту ситуацию СМИ не могут. Они так или иначе только натачивают те настроения, которые им скармливают власти. Решать ту ситуацию в первую очередь, должны политики. Прямой задачей журналиста является делать новости. Прямая задача политиков – проведение переговоров. Если бы сегодня политики хотели мира, то первое, чтобы они сделали – пригласили бы в Киев для разговора руководителей региона, либо провели на нейтральной территории. А СМИ, в свою очередь, осветили это настолько широко, насколько смогли. Но этого не происходит. Сегодня есть одна сторона, которую вообще не признают, и вторая, которая добивается признания. До тех пор, пока мы будем вести пропаганду методами российских СМИ в Чечне, у нас шансов нет никаких.

Публикация подготовлена для конкурса журналистских материалов о работе журналистов во время социально-политических и военных конфликтов, организованном общественной организацией «Телекритика» и проектом MYMEDIA при финансовой поддержке Министерства иностранных дел Дании (Danida).

Републикация конкурсных материалов всячески приветствуется, при условии размещения активной гиперссылки на ресурс mymedia.org.ua.


 

Комментарии

Републикация
Закрыть
Правила републикации материала
  • 1MYMEDIA приветствует использование, перепечатывание и распространение материалов, опубликованных на нашем сайте.
  • 2Обязательным условием использования материалов MYMEDIA является указание их авторства, ресурса mymedia.org.ua как первоисточника и размещение активной ссылки на оригинал материала на нашем сайте.
  • 3Если републикуется лишь часть материала, это обязательно указывается в тексте.
  • 4Не допускаются изменения содержания, имен или фактов, наведенных в материале, а также другие его трансформации, которые влекут за собой искажение смысла и замысла автора.
  • 5MYMEDIA оставляет за собой право в любое время отозвать разрешение на использование материала.

Александр Филиппов – продюсер одесского телеканала «Третий Цифровой» открыл глаза на современную журналистику в целом и рассказал о основных принципах ее работы во время военных действий.

Перед тем, как перейдем к военной журналистике, расскажите пожалуйста, как работают современные украинские журналисты?

Украинскую журналистику можно сравнить со стайкой сусликов. Всегда киевские журналисты смотрят в одну сторону. Куда смотрят вожаки стаи – туда и смотрят все, их энергия устранена только в одном направлении. Это хорошо проявилось во время событий на Майдане, тогда киевская пресса начала поддерживать Майдан. Однако если вдруг журналист начинал высказывать другую точку зрения, то его начинали «травить». Таких людей объявляют необъективными журналистами, их упрекают в заангажированности или в неполной подаче информации. Все это происходит потому, что демократизация киевских СМИ направлена на то, чтобы стричь всех под одну гребенку. И как только журналист начинает выбиваться из этой линии, он сразу становится очень неудобным остальным людям. Именно поэтому мы наблюдали настолько массовое и ажиотажное волнение, когда происходили события на Майдане, многие журналисты искреннее поддерживали идеалы Майдана. За это нельзя их осуждать, однако когда они начинают использовать площадки своих СМИ донося не всю правду, а лишь часть правды - именно в этот момент и проявляется та самая массовая поддержка, которая сыграла свою роль при протестах в Украине в этом году.

Украинская журналистика оказалась готовой к военным действиям, которые сейчас проходят на Востоке Украины?

Журналисты не ожидали ни в коем случае, что ответная реакция Юго-Востока будет настолько мощной и бескомпромиссной, но украинская журналистика была к этому готова. Сегодня они в один голос, твердят о том, что на Востоке Украины есть только сепаратисты и сепаратисты, которые сочувствуют террористам. По их мнению там нет обычных людей, которым может нравиться Россия. Эта информационная кампания скорее напоминает военную. Здесь, сегодня уже никто не говорит об объективном освещении событий – это пропаганда. И то, что происходит в киевской прессе развивается абсолютно по логике военного времени, по логике той военной пропаганды, которое любое государство должно вести.

Другое дело, что насколько эта военная пропаганда способна быть достоверной, потому что любая реклама хороша тогда, когда реклама аккуратно подчеркивает преимущество продукта, но когда реклама начинает откровенно врать, возникает огромное количество вопросов.

Никто не хочет разбираться, а что же собственно происходит на Востоке страны. Киевские СМИ сегодня персоны нон-грата на Востоке

Если журналист киевский и отважится куда поехать, то с огромной долей вероятности он будет либо избит, либо расстрелян, либо захвачен. Происходит это только по одной причине – голос Востока сегодня действительно не слышен! Очень смешно, когда представители украинских каналов жалуются, что их отключают на Востоке, а включают российские взамен. Никто не требует от украинских телеканалов быть рупорами этих регионов, но слышать их мнение было необходимо и необходимо было делать раньше! Сейчас, когда на Востоке фактически началась война и новое восточное правительство самопровозглашенное, из кого бы оно не состояло, пусть они бандиты, террористы, но эти люди контролируют ситуацию на Востоке. И они откровенно не хотят видеть представителей украинской прессы потому, что это - не журналисты, это военные пропагандисты, которые, к сожалению, не озаботились о достаточной достоверности своих материалов.

Это очень хорошо показали события в Одессе, когда на третий день после побоища 2-го мая, министр МВД Украины заявлял, что погибшими в доме профсоюзов были приднестровцы и россияне. Однако выясняется, что там были в основном одесситы. Я считаю, что каждой пропаганде есть свой предел.  Можно долго выдумывать свою картинку мира и в этой искусственной картине мира существовать. Но потребители информации имеют доступ к нескольким источникам. На этом фоне ложь всегда становиться хорошо видна.

Почему тогда пропаганда так сильно преувеличивается?

Почему пропаганда ведется с такими перехлестами сказать очень тяжело. Для украинского правительства лучше всего говорить о том, что на Востоке страны достаточно локальное движение неопасных хулиганов, которые ведут свою, даже не партизанскую войну, а просто разборку друг с другом. Вместо этого по всем каналам страны говорят, что «в Донецк приезжают чеченцы» и «повстанцы захватили много оружия». Те повстанцы, которые сейчас на Востоке говорят, что они не хотят нападать на людей, ведь украинские военные первые пришли к ним с оружием. Во-вторых нужно правительству услышать этих и выполнить их требования. Но власти этого не делают, следовательно – повстанцы нападают. Если бы этот диалог звучал хотя бы в украинской прессе или хотя бы заявлялись вопросы «А что же они хотят?». Если бы голос Востока сегодня звучал так как он должен звучать, хотя бы по журналистским стандартам, я уверен, что таких проблем бы не было.

Как военные действия повлияли на журналистику?

Журналистика была непрофессиональной, стала еще более непрофессиональной. Когда люди на центральных каналах рассуждают о том, что они не знают и не видели, это еще один шаг назад к регрессу журналистики. Потому, что журналисты априори находятся на месте событий и знают настроения людей. Они являются ретрансляторами, выражая точку зрения населения. Я еще раз говорю, никого из украинской прессы на Донбас не пускают, и они сами боятся. Они понимают, что это для них смерть и погибель. Это все равно что зайти в клетку с голодными львами. Сегодня украинская журналистика в своей пропаганде опирается исключительно на сведения неофициальной организации «Інформаційний опір» Тимчука, считая эту организацию официальным источником информации. Это не так. Источников информации с Востока страны огромное количество. Свести мнения воедино можно и нужно. Например, «Інформаційний опір» сообщил о том, что из армии дезертировали 100 новопризванных солдат, которые не хотели воевать. В это же время боевики с Востока говорят, что они 100 человек убили во время своего нападения. Может как раз это те самые 100 человек? 

Стоит задуматься над тем, что однобокое освежение событий всегда рождает больше вопросов и сомнений. А это значит, что люди которые доверяют этой информации, просто перестанут верить. Они увидят, что есть еще другой ракурс, который им просто не показывают.

Если начнется настоящая война. Будут ли СМИ находиться в центре событий?

Сегодня есть СМИ, которые сопровождают до границы украинских военных с непокорными регионами. Российские мас-медиа имеют возможность общаться и брать интервью у так называемых сепаратистов. Фронтовые корреспонденты работают по той линии фронта, где им гарантирована хоть какая-то безопасность. Сложно представить себе фронтового корреспондента, который вдруг оказался в тылу врага. Военный корреспондент – это разведчик, либо шпион.

Сейчас журналистики нет уже. Есть всего лишь две пропагандистские точки зрения. Мы еще недавно обвиняли российские СМИ в тотальной заангажированности. А сегодня, мне звонят киевляне, и говорят, что они хотят к нам в Одессу, потому что мы сохранили хотя бы какие-то элементы рассудка.

Может ли СМИ решить сложившуюся ситуацию на Востоке?

Решить эту ситуацию СМИ не могут. Они так или иначе только натачивают те настроения, которые им скармливают власти. Решать ту ситуацию в первую очередь, должны политики. Прямой задачей журналиста является делать новости. Прямая задача политиков – проведение переговоров. Если бы сегодня политики хотели мира, то первое, чтобы они сделали – пригласили бы в Киев для разговора руководителей региона, либо провели на нейтральной территории. А СМИ, в свою очередь, осветили это настолько широко, насколько смогли. Но этого не происходит. Сегодня есть одна сторона, которую вообще не признают, и вторая, которая добивается признания. До тех пор, пока мы будем вести пропаганду методами российских СМИ в Чечне, у нас шансов нет никаких.

Публикация подготовлена для конкурса журналистских материалов о работе журналистов во время социально-политических и военных конфликтов, организованном общественной организацией «Телекритика» и проектом MYMEDIA при финансовой поддержке Министерства иностранных дел Дании (Danida).

Републикация конкурсных материалов всячески приветствуется, при условии размещения активной гиперссылки на ресурс mymedia.org.ua.


 

Копировать в буфер обмена
Подписаться на новости
Закрыть
Отписаться от новостей
Закрыть
Опрос
Закрыть
  • 1Какой стол вам нравится?*
  • 2На каком стуле вам удобнее сидеть?*
    На кресле
    На электрическом стуле
    На табуретке
  • 3Как вы провели лето? *