Статьи

В пятницу умер Умберто Эко – итальянский писатель, философ, критик. В 2009 году он написал небольшое эссе о роли личности в защите демократии и свободы средств массовой информации. В значительной мере эссе актуально для стран бывшего Советского Союза, поэтому мы перевели его для вас — Майкл Андерсен, директор MYMEDIA. 

 
Необходимость выступать в защиту свободы прессы вызывает у меня некоторую нерешительность и скептицизм. То, что такой шаг необходим, означает, что общество — а следовательно, и значительная часть прессы — уже нездоровы. 
 
В странах с «надежными» демократическими системами нет никакой необходимости защищать свободу прессы, потому что никому не придет в голову ее оспаривать 
 
Это подводит меня к связанному вопросу: проблема Италии — не в Сильвио Берлускони. История знала многих безрассудно смелых людей, очень харизматичных, с развитыми инстинктами собственных интересов, стремившихся к личной власти — в обход парламентов и конституций, оказывая знаки внимания своим приспешниками, объединяя собственные устремления с интересами общества. 
 
Но эти людям не всегда удавалось достичь власти, к которой они стремились, потому что общество не всегда это им позволяло. А если общество им это позволило, почему нужно винить этого человека, а не общество, которое дало ему возможность добиться своего? 
 
Поэтому бесполезно злиться на Берлускони, который, если можно так выразиться, просто делал свое дело. Подавляющее большинство итальянцев согласились с конфликтом интересов, поощрением добровольных дружин и законом, гарантирующим ему иммунитет от судебного преследования. 
 
Они также согласились бы и на кляп для прессы, стоило президенту Италии только моргнуть. Та же нация без колебаний — более того, с ощущением какой-то злорадной причастности — согласилась бы и с курбетами Берлускони с танцовщицами, если бы не вмешалась церковь, воззвав к совести общества. (Хотя они это переживут — всем известно, что итальянцы, как и все добрые христиане, посещают дам ночи, даже если священник говорит, что этого нельзя делать). 
 
Так зачем писать об этом, если большинство итальянцев очень мало знают — поскольку СМИ, плотно контролируемые Берлускони, немногое им рассказывают? 
 
Ответ прост. В 1931 году фашистский режим Муссолини потребовал от 1200 профессоров университетов принести присягу на верность. Отказались только 12 — и они потеряли работу.
 
Многим другим, впоследствии ставшим заметными фигурами послевоенного антифашизма, было рекомендовано принести присягу и продолжать преподавание. 
 
Может, эти 1188 и были правы, но остальные 12 сохранили честь университетов — и честь нашей страны. Вот почему нужно говорить «нет», даже если это не приведет ни к чему хорошему. Чтобы однажды сказать, что вы это сказали. 
 
Это отредактированная версия статьи, впервые опубликованной в журнале L'Espresso в сентябре 2009 года. 
 

Комментарии

Републикация
Закрыть
Правила републикации материала
  • 1MYMEDIA приветствует использование, перепечатывание и распространение материалов, опубликованных на нашем сайте.
  • 2Обязательным условием использования материалов MYMEDIA является указание их авторства, ресурса mymedia.org.ua как первоисточника и размещение активной ссылки на оригинал материала на нашем сайте.
  • 3Если републикуется лишь часть материала, это обязательно указывается в тексте.
  • 4Не допускаются изменения содержания, имен или фактов, наведенных в материале, а также другие его трансформации, которые влекут за собой искажение смысла и замысла автора.
  • 5MYMEDIA оставляет за собой право в любое время отозвать разрешение на использование материала.

В пятницу умер Умберто Эко – итальянский писатель, философ, критик. В 2009 году он написал небольшое эссе о роли личности в защите демократии и свободы средств массовой информации. В значительной мере эссе актуально для стран бывшего Советского Союза, поэтому мы перевели его для вас — Майкл Андерсен, директор MYMEDIA. 

 
Необходимость выступать в защиту свободы прессы вызывает у меня некоторую нерешительность и скептицизм. То, что такой шаг необходим, означает, что общество — а следовательно, и значительная часть прессы — уже нездоровы. 
 
В странах с «надежными» демократическими системами нет никакой необходимости защищать свободу прессы, потому что никому не придет в голову ее оспаривать 
 
Это подводит меня к связанному вопросу: проблема Италии — не в Сильвио Берлускони. История знала многих безрассудно смелых людей, очень харизматичных, с развитыми инстинктами собственных интересов, стремившихся к личной власти — в обход парламентов и конституций, оказывая знаки внимания своим приспешниками, объединяя собственные устремления с интересами общества. 
 
Но эти людям не всегда удавалось достичь власти, к которой они стремились, потому что общество не всегда это им позволяло. А если общество им это позволило, почему нужно винить этого человека, а не общество, которое дало ему возможность добиться своего? 
 
Поэтому бесполезно злиться на Берлускони, который, если можно так выразиться, просто делал свое дело. Подавляющее большинство итальянцев согласились с конфликтом интересов, поощрением добровольных дружин и законом, гарантирующим ему иммунитет от судебного преследования. 
 
Они также согласились бы и на кляп для прессы, стоило президенту Италии только моргнуть. Та же нация без колебаний — более того, с ощущением какой-то злорадной причастности — согласилась бы и с курбетами Берлускони с танцовщицами, если бы не вмешалась церковь, воззвав к совести общества. (Хотя они это переживут — всем известно, что итальянцы, как и все добрые христиане, посещают дам ночи, даже если священник говорит, что этого нельзя делать). 
 
Так зачем писать об этом, если большинство итальянцев очень мало знают — поскольку СМИ, плотно контролируемые Берлускони, немногое им рассказывают? 
 
Ответ прост. В 1931 году фашистский режим Муссолини потребовал от 1200 профессоров университетов принести присягу на верность. Отказались только 12 — и они потеряли работу.
 
Многим другим, впоследствии ставшим заметными фигурами послевоенного антифашизма, было рекомендовано принести присягу и продолжать преподавание. 
 
Может, эти 1188 и были правы, но остальные 12 сохранили честь университетов — и честь нашей страны. Вот почему нужно говорить «нет», даже если это не приведет ни к чему хорошему. Чтобы однажды сказать, что вы это сказали. 
 
Это отредактированная версия статьи, впервые опубликованной в журнале L'Espresso в сентябре 2009 года. 
 
Копировать в буфер обмена
Подписаться на новости
Закрыть
Отписаться от новостей
Закрыть
Опрос
Закрыть
  • 1Какой стол вам нравится?*
  • 2На каком стуле вам удобнее сидеть?*
    На кресле
    На электрическом стуле
    На табуретке
  • 3Как вы провели лето? *