Статьи

«Если вы хорошо делаете свою работу как журналист-расследователь, все будут вас ненавидеть»,— говорит немецкий журналист и лауреат Пулитцеровской премии Дэвид Крауфорд, выступая перед группой украинских журналистов в Берлине в рамках форума «Полифония активизма и исследование европейской идентичности» от проекта UkraineLab.

Он больше 10 лет проводил расследования для европейского Wall Street Journal. Сейчас пишет для некоммерческого проекта расследовательской журналистики Corrective, который финансируют меценаты. В 90-х Крауфорд писал о службах разведки в Восточной Европе, Штази и Аль-Каиде. Освещал коррупцию в международном бизнесе и падение демократии в России.

Участникам UkraineLab Крауфорд рассказал о том, как расследовал взятки немецкого «Дрезднер банк» президенту России Владимиру Путину и историю сбитого над территорией Украины боинга MH17. Он подсказал, к каким хитростям можно прибегать, если источники не хотят говорить, где искать и как добывать эксклюзивную информацию, с кем стоит иметь дело, а с кем —  нет, и в каком порядке организовывать свою работу.

1. Тщательно выбирайте тему. Я хочу работать над историей, после которой люди  скажут: «Я этого не знал», «Это важно» и «Надо что-то менять». И будут менять это. Если я заранее знаю результат расследования, я не буду его проводить.

Если я знаю, что после моего расследования изберут того или иного кандидата, или кто-то сядет в тюрьму, то очевидно, что другие люди тоже могут это предположить, и история никого не удивит.

Часто первым толчком к тому, чтобы взяться за историю, становится просто какой-то интересный фрагмент или цитата, которую я где-то прочитал и она показалась мне забавной. Но именно эти фрагменты чаще всего не попадают в историю, потому что они слишком запутаны или не ложатся в текст.  

В истории с  MH17 мы долго не могли решить, стоит ли за нее вообще браться. Я работал на неправительственную организацию и у нас было достаточно денег, чтобы позволить себе делать то, на что не было средств у других медиа. Но нам нужно было точно понимать, есть ли общественный интерес. Нас смущало, что этой темой на тот момент уже занималось бесчисленное множество общественных организаций. Зачем нам делать то же самое?

Принять решение помогла международная словесная битва между пророссийскими сепаратистами, Украиной, НАТО, США, Евросоюзом, Германией и расследовательскими организациями типа  Bellingcat. У всех было свое мнение и своя версия событий, и мы решили проверить их все и разобраться, кто на самом деле виноват.

 

2. Соберите всю возможную информацию: новости и публикации, сходите на пресс-конференции, перечитайте отчеты публичных организаций, найдите спутниковые снимки и фотографии с места событий. Все, что вообще можете найти в открытых источниках.

Мы поддерживали контакт с коммерческими регистрами спутниковых компаний и пытались через них получить нужные снимки. В некоторых случаях у них нужно покупать информацию, которой нет в открытом доступе.

3. Сравнивайте информацию из разных источников – часто она может отличаться, как, скажем, отличалась информация в европейских отчетах о крушении MH17 и отчетах СБУ.

4. Используйте соцсети. В расследовании MH17 мы исследовали странички российских солдатов Вконтакте и другие паблики, чтобы найти, что они говорили об атаке. Там часто просачивается инсайдерская информация. Мы обнаружили группу российских солдат, которые работали с БУКами в Украине, и успели сохранить информацию за день до того, как их профили были удалены из соцсетей. 

5. Помните о праве на информацию. Официальные структуры обязаны вам ее предоставлять.

В случае с MH17, немецкое Министерство иностранных дел отказывалось давать нам информацию, так что нам пришлось выбивать ее в судебном порядке. В итоге мы ее получили, хотя это и заняло несколько месяцев.

6. Используйте личные контакты. Если вы работаете или работали в редакции, можете попросить своих коллег помочь вам выйти на нужного человека. Чаще всего у них будут нужные контакты.

7. Говорите с людьми. Это важная часть сбора бекграундной информации. Многие организации меня не любят за то, что я не разговариваю с пресс-офисами, а хочу говорить теми, кто делает работу. Я ищу того, кто мог бы меня представить – чаще всего это  коллеги, которым я доверяю. 

Одна из стратегий, как заставить людей говорить с вами – поясните им, что вы даете им возможность поучаствовать в интересном проекте. При этом важно не пересекать черту и помнить, что хоть они и участвуют в проекте, только вы решаете, что войдет в текст, а что – нет.

8. Работайте с секретной информацией. Самый верный способ выйти на нее – говорить с нужными людьми.

Когда я работал над делом 11 сентября, у нас было 300 тысяч страниц информации из Германии и примерно столько же – из Испании. Мы ездили из страны в страну, потому что в Америке доступ ко всей информации по этому делу был ограничен только для разведки и следователей полиции. А в Европе было много открытых данных. 

9. Работайте с абсурдными источниками, о которых не подумают другие. Когда я делал расследование по Владимиру Путину, то понял, что у его жены Людмила есть много пентхаузов. Я стал собирать ее письма, которые в итоге много чего объяснили. Думаю, я был единственным, кому вообще пришло в голову собирать эти письма. Люди, через которых я их собирал, боялись мне их давать, но у меня была стратегия, как убедить их это сделать. 

10. Классифицируйте собеседников. За время своей работы я обнаружил, что люди, с которыми вам нужно поговорить, делятся на типы «человек-да» и «человек-нет». Причем последних – гораздо больше.

Хуже, что многие из «людей-нет» не просто отказываются давать комментарий, а еще и всячески старются препятствовать ваше работе – они прозванивают нужных вам людей и просят их «не разговаривать с этим репортером». Такие люди очень опасны для вас, и иногда их количество исчисляется сотнями. Классических пример «человека-нет» – секретарь директора компании. Он часто отказывается связать вас со своим начальником, при этом даже не уведомляя его про то, что вы звонили. 

У «людей-да» есть необходимая вам информация или доступ к ней, но среди них очень мало тех, кто готов с вами разговаривать. Поэтому вам нужно определить, кто из «людей-да» может действительно вам помочь, и разговаривать только с ними.

Более того, вам нужно организовать беседы в таком порядке, чтобы «люди-нет» не узнали о том, что вы вообще ведете расследование, и не могли вам помешать.

 

11. Вырабатывайте стратегию общения. В случае с MH17 у нас было много «людей-нет» в месте, откуда предположительно сбили боинг. «Люди-нет» угрожали тем, кто готов был с нами говорить, и запугивали их.

Поэтому было важно разработать стратегию того, как говорить с «людьми-да», когда вокруг столько противников нашего контакта. Когда люди напуганы, важно, чтобы при разговоре с вами они чувствовали себя комфортно. Не говорите с ними по телефону и не пишите им сообщения. Лучше всего просто придите к ним домой, постучите в дверь и поговорите у них в квартире, чтобы они чувствовали, что за ними никто не следит.  

12. Сбивайте с толку. Когда вы работаете в маленьких населенных пунктах, важно говорить с большим количеством людей, чтобы не было очевидно, откуда именно у вас информация.

В тот момент в зоне АТО постоянно шли перестрелки. Мы предположили, что в неделю «выборов» на территории сепаратистов, которые как раз проходили через неделю после выборов в Украине, в зоне конфликта будет тихо. И не ошиблись.

Мой коллега приехал туда, и под видом западного журналиста, который освещает местные «выборы», общался с большим количеством местных. Местные «власти» были уверены, что он говорит с ними на тему выборов, и только потом они поняли, что общался он о крушении МН17.

13. Говорите с людьми в правильном порядке. В ходе расследования важно не только проверять факты и исследовать информацию о событиях, но и изучать своих собеседников. Вы хотите звучать интеллигентно, а не задавать вопросы, от которых ваш собеседник подумает: «Что за глупости, мог бы это знать».

Поэтому интервью нужно расставлять в правильном порядке: вначале использовать общественные организации, всевозможные статьи и другие источники информации для подготовки.

Когда я расследовал связи посольства Саудовской Аравии в Берлине с событиями 11 сентября, одно из первых мест, куда я пошёл – конференция епископов в Бонне. Это как посольство католической церкви в Германии. Я знал, что католическая церковь уже тысячу лет расследует мусульманские организации, и что у них будет профайл на необходимого мне человека.

Понятно, что они не будут знать всего, потому что это все-таки другая религия, но, по крайней мере, они следили за ним все время, и могут поделиться со мной тем, что уже знают. Я задавал им глупые вопросы, но это помогло избежать вопросов типа «А кем он работает?»  в разговорах с людьми, которые знают лично интересующего меня человека.

14. Делайте вид, что знаете больше, чем на самом деле. Люди гораздо проще подтверждают информацию и говорят о чём-то, если думают, что вам это уже известно.  Поэтому вам нужно удивить своего собеседника тем, сколько вы уже знаете о вашем объекте, чтобы создать у него впечатление вашей осведомленности. Делать это нужно очень осторожно – те, кто не очень хочет с вами говорить, легко угадывают, что вам известно, а что – нет. 

Проще всего сделать это, собрав как можно больше деталей, даже если у вас нет полной картинки, констатировать факт и задавать вопросы из серии «Это правда?». Таким образом часто удается заставить человека признать то, что он предпочёл бы скрыть.

 

15. Заходите издалека. Когда вы занимаетесь расследвательской журналистикой, совершенно не обязательно сразу сообщать человеку, по какому поводу вы хотите с ним пообщаться. В итоге, люди скорее всего догадаются, что именно вас интересовало, но вы можете задавать посторонние вопросы, которые собьют их с толку. 

Если вы говорите с человеком в течение 45 минут, то можете спокойно спрашивать о выборах и прочих вещах, а потом невзначай: «Кстати, а вы не слышали о взрыве?». Если человек не слышал, можете больше не тратить время. Если же что-то слышал, задайте еще 3-4 вопроса, но не в начале, и не в самом конце (потому что именно эти вопросы, как правило, остаются в памяти), а где-то ближе к концу.

Стратегия «издалека» сработала и в случае с расследованием о Путине и немецком банке. Я договорился с тогдашним владельцем «Дрезденер банк» об интервью, якобы о его успешном расширении в Восточной Европе. Он был счастлив стать героем рубрики «Бизнес» для Wall Street Journal и с радостью согласился на интервью. В то же самое время мы отправили вопросы в офис Владимиру Путину.

Наше интервью с владельцем банка длилось 70 минут, из которых первые 50 минут я задавал детальные и приятные ему вопросы о бизнесе. Я исписал 20 или 30 страниц в блокноте, делая заметки, что придавало истории правдоподобности. За это время он привык отвечать на мои вопросы и по инерции ответил на три вопроса о тех деньгах, которые он заплатил Путину, подтверждая, что транзакции действительно имели место.

Когда он заметил, что проговорился, он спросил: «Но вы же не будете об этом писать, правда?». На что я ответил: «Я за этим сюда и пришёл». Он тут же выставил меня за дверь, но у меня уже были ответы на эти три вопроса.

На следующее утро пришла неожиданная реакция из Кремля: в 6 утра ключевые сотрудники офиса Путина позвонили в офис Wall Street Journal в Москве. Обычно, на неудобные вопросы путинская администрация реагирует иначе – они просто ждут от 3 до 6 недель, а потом отвечают: «Без комментариев». На этот раз они обвинили меня в том, что я не знаю о чем говорю, все перепутал и вся информация недостоверна.

Через два дня после этого мы снова прислали в кремлевскую администрацию те же вопросы, уточняя, что у нас есть подтверждение платежей от владельца «Дрезденер банк».

Перед администрацией президента России встал выбор: либо продолжать и дальше все отрицать, несмотря на подтверждение немецкого банка, либо дать свою версию случившегося, давая тем самым новый толчок расследованию.

Тогда Кремль также подтвердил те три платежа, но не ответили на вопросы обо всех остальных взятках. Мы решили, что нам не обязательно делать книгу всех взяток, и будет вполне достаточно этих трёх примеров.

16. Ловите тех, кто от вас прячется. Даже когда все злятся и очень насторожены, всегда найдется момент,  чтобы подловить нужного человека и получить интервью. У интересующих вас людей обязательно будет какое-то публичное событие раз в несколько месяцев — какой-нибудь конгресс или конференция. Если вы туда придете, им будет сложно от вас скрыться.

Когда-то мне нужно было интервью с австрийским бизнесменом, который скупал телефонные компании у людей из Восточной Европы, находящихся в розыске по обвинению в коррупции, а затем на аукционах продавал их крупным компаниям.

Однажды он купил компанию в Грузии и Сербии, позже выставил ее на аукционе в Белграде. Бизнесмен не хотел со мной говорить, и я просто нашел этот аукцион и заселился в тот отель, где он останавливался. У него не оставалось возможности от меня отделаться, а без разговора с ним я не смог бы писать историю.

Он продал тогда компанию за 1,5 миллиарда долларов, заработав таким образом огромные деньги, и был так рад, что с легкостью согласился со мной говорить.

 

17. Ищите документы и избегайте секретных источников.  Документы можно использовать без опасения того, что за них кому-то прострелят голову. Если вы хорошо делаете свою работу как журналист-расследователь, все будут вас ненавидеть. Если у вас в статье есть секретные источники, а на вас подадут в суд из-за расследование, вам придется открыть имя источника, чтобы не проиграть дело. Поэтому либо имейте источников, имена которых можно называть, либо документы, которые подтверждают вашу правоту.

18. Будьте готовы к судам. Несколько лет назад на меня подали в суд во Франции. Я тогда расследовал коррупционную схему одной французской компании, взятки которой составляли сотни миллионов долларов. В то же время, у них были контракты по финансированию от Всемирного Банка.

Компания очень боялась остаться без поддержки Всемирного Банка и подала на меня в суд. В итоге меня признали невиновным, но защита в суде обошлась Wall Street Journal в 250 тысяч евро. Это дорого.

Когда я писал о взятках Путину от «Дрезденер банк», который на тот момент был одним из крупнейших в Германии, на Wall Street Journal подали в суд. Когда вы обвиняете президента, нужно иметь абсолютные доказательства, либо признание вины другой стороной. К тому же, в таких серьезных заявлениях нужно иметь не менее трёх источников, все из которых можно называть.

19. Не платите за информацию. В какой-то момент я понял, что бесплатно добываю гораздо больше информации, чем немецкие СМИ, которые за нее платят. Часто плата за информацию губительна, потому что «платная информация» совершенно не означает «правдивая».

Иногда деньги даже побуждают людей фальсифицировать информацию. Крупнейший пример тому – «Дневники Гитлера», опубликованные когда-то в журнале Stern. Журнал заплатил миллионы за них, а в итоге они оказались полностью выдуманной подделкой.

20. Найдите историю, вокруг которой будете строить повествование. Это делается в самом конце, уже перед тем, как вы садитесь писать. Если вы в самом начале знаете, как хотите рассказать историю, скорее всего, вам не стоит за нее даже браться.

Тут надо понимать, что это длинные истории, чтение которых занимает от 20 до 40 минут. И если миллионы людей заходят их читать (а нашу историю на сайте прочли 9 миллионов человек и примерно столько же – на Der Spiegel), то вам нужно также развлекать читателя и удерживать его внимание.

Нужно упрощать факты, чтобы люди понимали, о чём речь, и запоминали. Если в вашей истории будет 20-30 имен, их никто не запомнит. А если вы сфокусируетесь на одном человеке, и подадите историю его глазами, то после получасового чтения у вашего читателя возникнет ощущение личного знакомства с героем. Он в какой-то степени начнет симпатизировать ему и захочет знать больше.

Надо учитывать и то, где и как ваш читатель знакомится с текстом. Чаще всего это происходит в метро, где тебя толкают со всех сторон, у нужна откровенная сила воли, чтобы не прервать чтение и дочитать статью до конца.

До 2008 года The Wall Street Journal печатал на первой полосе две длинные истории на 30 минут. Когда газета провела исследование, то выяснилось, что текст до конца дочитывают лишь 18%. Остальные переключаются на следующий.

Исследования показали, что люди читают в среднем два текста в день, и примерно раз в неделю дочитывают один текст до конца. Но при этом им нужен выбор. Конечно, каждый журналист хочет, чтобы именно его тест дочитали до конца, поэтому все стараются сделать историю максимально интересной.

21. Создайте команду и вовлекайте людей. В последние 24 часа перед публикацией начинается паника и интенсивная перепроверка информации: правописание всех имен и прочих деталей. Для этого важно, чтобы люди, с которыми вы работали и которые давали вам информацию, были доступны в этот момент.

Для этого я собираю своеобразные «команды», в которых люди не знают друг друга, но все знают меня. После публикации мы можем даже сходить вместе на ужин, присылать  друг другу открытки к Рождеству или Дню Рождения.

Комментарии

Републикация
Закрыть
Правила републикации материала
  • 1MYMEDIA приветствует использование, перепечатывание и распространение материалов, опубликованных на нашем сайте.
  • 2Обязательным условием использования материалов MYMEDIA является указание их авторства, ресурса mymedia.org.ua как первоисточника и размещение активной ссылки на оригинал материала на нашем сайте.
  • 3Если републикуется лишь часть материала, это обязательно указывается в тексте.
  • 4Не допускаются изменения содержания, имен или фактов, наведенных в материале, а также другие его трансформации, которые влекут за собой искажение смысла и замысла автора.
  • 5MYMEDIA оставляет за собой право в любое время отозвать разрешение на использование материала.

«Если вы хорошо делаете свою работу как журналист-расследователь, все будут вас ненавидеть»,— говорит немецкий журналист и лауреат Пулитцеровской премии Дэвид Крауфорд, выступая перед группой украинских журналистов в Берлине в рамках форума «Полифония активизма и исследование европейской идентичности» от проекта UkraineLab.

Он больше 10 лет проводил расследования для европейского Wall Street Journal. Сейчас пишет для некоммерческого проекта расследовательской журналистики Corrective, который финансируют меценаты. В 90-х Крауфорд писал о службах разведки в Восточной Европе, Штази и Аль-Каиде. Освещал коррупцию в международном бизнесе и падение демократии в России.

Участникам UkraineLab Крауфорд рассказал о том, как расследовал взятки немецкого «Дрезднер банк» президенту России Владимиру Путину и историю сбитого над территорией Украины боинга MH17. Он подсказал, к каким хитростям можно прибегать, если источники не хотят говорить, где искать и как добывать эксклюзивную информацию, с кем стоит иметь дело, а с кем —  нет, и в каком порядке организовывать свою работу.

1. Тщательно выбирайте тему. Я хочу работать над историей, после которой люди  скажут: «Я этого не знал», «Это важно» и «Надо что-то менять». И будут менять это. Если я заранее знаю результат расследования, я не буду его проводить.

Если я знаю, что после моего расследования изберут того или иного кандидата, или кто-то сядет в тюрьму, то очевидно, что другие люди тоже могут это предположить, и история никого не удивит.

Часто первым толчком к тому, чтобы взяться за историю, становится просто какой-то интересный фрагмент или цитата, которую я где-то прочитал и она показалась мне забавной. Но именно эти фрагменты чаще всего не попадают в историю, потому что они слишком запутаны или не ложатся в текст.  

В истории с  MH17 мы долго не могли решить, стоит ли за нее вообще браться. Я работал на неправительственную организацию и у нас было достаточно денег, чтобы позволить себе делать то, на что не было средств у других медиа. Но нам нужно было точно понимать, есть ли общественный интерес. Нас смущало, что этой темой на тот момент уже занималось бесчисленное множество общественных организаций. Зачем нам делать то же самое?

Принять решение помогла международная словесная битва между пророссийскими сепаратистами, Украиной, НАТО, США, Евросоюзом, Германией и расследовательскими организациями типа  Bellingcat. У всех было свое мнение и своя версия событий, и мы решили проверить их все и разобраться, кто на самом деле виноват.

 

2. Соберите всю возможную информацию: новости и публикации, сходите на пресс-конференции, перечитайте отчеты публичных организаций, найдите спутниковые снимки и фотографии с места событий. Все, что вообще можете найти в открытых источниках.

Мы поддерживали контакт с коммерческими регистрами спутниковых компаний и пытались через них получить нужные снимки. В некоторых случаях у них нужно покупать информацию, которой нет в открытом доступе.

3. Сравнивайте информацию из разных источников – часто она может отличаться, как, скажем, отличалась информация в европейских отчетах о крушении MH17 и отчетах СБУ.

4. Используйте соцсети. В расследовании MH17 мы исследовали странички российских солдатов Вконтакте и другие паблики, чтобы найти, что они говорили об атаке. Там часто просачивается инсайдерская информация. Мы обнаружили группу российских солдат, которые работали с БУКами в Украине, и успели сохранить информацию за день до того, как их профили были удалены из соцсетей. 

5. Помните о праве на информацию. Официальные структуры обязаны вам ее предоставлять.

В случае с MH17, немецкое Министерство иностранных дел отказывалось давать нам информацию, так что нам пришлось выбивать ее в судебном порядке. В итоге мы ее получили, хотя это и заняло несколько месяцев.

6. Используйте личные контакты. Если вы работаете или работали в редакции, можете попросить своих коллег помочь вам выйти на нужного человека. Чаще всего у них будут нужные контакты.

7. Говорите с людьми. Это важная часть сбора бекграундной информации. Многие организации меня не любят за то, что я не разговариваю с пресс-офисами, а хочу говорить теми, кто делает работу. Я ищу того, кто мог бы меня представить – чаще всего это  коллеги, которым я доверяю. 

Одна из стратегий, как заставить людей говорить с вами – поясните им, что вы даете им возможность поучаствовать в интересном проекте. При этом важно не пересекать черту и помнить, что хоть они и участвуют в проекте, только вы решаете, что войдет в текст, а что – нет.

8. Работайте с секретной информацией. Самый верный способ выйти на нее – говорить с нужными людьми.

Когда я работал над делом 11 сентября, у нас было 300 тысяч страниц информации из Германии и примерно столько же – из Испании. Мы ездили из страны в страну, потому что в Америке доступ ко всей информации по этому делу был ограничен только для разведки и следователей полиции. А в Европе было много открытых данных. 

9. Работайте с абсурдными источниками, о которых не подумают другие. Когда я делал расследование по Владимиру Путину, то понял, что у его жены Людмила есть много пентхаузов. Я стал собирать ее письма, которые в итоге много чего объяснили. Думаю, я был единственным, кому вообще пришло в голову собирать эти письма. Люди, через которых я их собирал, боялись мне их давать, но у меня была стратегия, как убедить их это сделать. 

10. Классифицируйте собеседников. За время своей работы я обнаружил, что люди, с которыми вам нужно поговорить, делятся на типы «человек-да» и «человек-нет». Причем последних – гораздо больше.

Хуже, что многие из «людей-нет» не просто отказываются давать комментарий, а еще и всячески старются препятствовать ваше работе – они прозванивают нужных вам людей и просят их «не разговаривать с этим репортером». Такие люди очень опасны для вас, и иногда их количество исчисляется сотнями. Классических пример «человека-нет» – секретарь директора компании. Он часто отказывается связать вас со своим начальником, при этом даже не уведомляя его про то, что вы звонили. 

У «людей-да» есть необходимая вам информация или доступ к ней, но среди них очень мало тех, кто готов с вами разговаривать. Поэтому вам нужно определить, кто из «людей-да» может действительно вам помочь, и разговаривать только с ними.

Более того, вам нужно организовать беседы в таком порядке, чтобы «люди-нет» не узнали о том, что вы вообще ведете расследование, и не могли вам помешать.

 

11. Вырабатывайте стратегию общения. В случае с MH17 у нас было много «людей-нет» в месте, откуда предположительно сбили боинг. «Люди-нет» угрожали тем, кто готов был с нами говорить, и запугивали их.

Поэтому было важно разработать стратегию того, как говорить с «людьми-да», когда вокруг столько противников нашего контакта. Когда люди напуганы, важно, чтобы при разговоре с вами они чувствовали себя комфортно. Не говорите с ними по телефону и не пишите им сообщения. Лучше всего просто придите к ним домой, постучите в дверь и поговорите у них в квартире, чтобы они чувствовали, что за ними никто не следит.  

12. Сбивайте с толку. Когда вы работаете в маленьких населенных пунктах, важно говорить с большим количеством людей, чтобы не было очевидно, откуда именно у вас информация.

В тот момент в зоне АТО постоянно шли перестрелки. Мы предположили, что в неделю «выборов» на территории сепаратистов, которые как раз проходили через неделю после выборов в Украине, в зоне конфликта будет тихо. И не ошиблись.

Мой коллега приехал туда, и под видом западного журналиста, который освещает местные «выборы», общался с большим количеством местных. Местные «власти» были уверены, что он говорит с ними на тему выборов, и только потом они поняли, что общался он о крушении МН17.

13. Говорите с людьми в правильном порядке. В ходе расследования важно не только проверять факты и исследовать информацию о событиях, но и изучать своих собеседников. Вы хотите звучать интеллигентно, а не задавать вопросы, от которых ваш собеседник подумает: «Что за глупости, мог бы это знать».

Поэтому интервью нужно расставлять в правильном порядке: вначале использовать общественные организации, всевозможные статьи и другие источники информации для подготовки.

Когда я расследовал связи посольства Саудовской Аравии в Берлине с событиями 11 сентября, одно из первых мест, куда я пошёл – конференция епископов в Бонне. Это как посольство католической церкви в Германии. Я знал, что католическая церковь уже тысячу лет расследует мусульманские организации, и что у них будет профайл на необходимого мне человека.

Понятно, что они не будут знать всего, потому что это все-таки другая религия, но, по крайней мере, они следили за ним все время, и могут поделиться со мной тем, что уже знают. Я задавал им глупые вопросы, но это помогло избежать вопросов типа «А кем он работает?»  в разговорах с людьми, которые знают лично интересующего меня человека.

14. Делайте вид, что знаете больше, чем на самом деле. Люди гораздо проще подтверждают информацию и говорят о чём-то, если думают, что вам это уже известно.  Поэтому вам нужно удивить своего собеседника тем, сколько вы уже знаете о вашем объекте, чтобы создать у него впечатление вашей осведомленности. Делать это нужно очень осторожно – те, кто не очень хочет с вами говорить, легко угадывают, что вам известно, а что – нет. 

Проще всего сделать это, собрав как можно больше деталей, даже если у вас нет полной картинки, констатировать факт и задавать вопросы из серии «Это правда?». Таким образом часто удается заставить человека признать то, что он предпочёл бы скрыть.

 

15. Заходите издалека. Когда вы занимаетесь расследвательской журналистикой, совершенно не обязательно сразу сообщать человеку, по какому поводу вы хотите с ним пообщаться. В итоге, люди скорее всего догадаются, что именно вас интересовало, но вы можете задавать посторонние вопросы, которые собьют их с толку. 

Если вы говорите с человеком в течение 45 минут, то можете спокойно спрашивать о выборах и прочих вещах, а потом невзначай: «Кстати, а вы не слышали о взрыве?». Если человек не слышал, можете больше не тратить время. Если же что-то слышал, задайте еще 3-4 вопроса, но не в начале, и не в самом конце (потому что именно эти вопросы, как правило, остаются в памяти), а где-то ближе к концу.

Стратегия «издалека» сработала и в случае с расследованием о Путине и немецком банке. Я договорился с тогдашним владельцем «Дрезденер банк» об интервью, якобы о его успешном расширении в Восточной Европе. Он был счастлив стать героем рубрики «Бизнес» для Wall Street Journal и с радостью согласился на интервью. В то же самое время мы отправили вопросы в офис Владимиру Путину.

Наше интервью с владельцем банка длилось 70 минут, из которых первые 50 минут я задавал детальные и приятные ему вопросы о бизнесе. Я исписал 20 или 30 страниц в блокноте, делая заметки, что придавало истории правдоподобности. За это время он привык отвечать на мои вопросы и по инерции ответил на три вопроса о тех деньгах, которые он заплатил Путину, подтверждая, что транзакции действительно имели место.

Когда он заметил, что проговорился, он спросил: «Но вы же не будете об этом писать, правда?». На что я ответил: «Я за этим сюда и пришёл». Он тут же выставил меня за дверь, но у меня уже были ответы на эти три вопроса.

На следующее утро пришла неожиданная реакция из Кремля: в 6 утра ключевые сотрудники офиса Путина позвонили в офис Wall Street Journal в Москве. Обычно, на неудобные вопросы путинская администрация реагирует иначе – они просто ждут от 3 до 6 недель, а потом отвечают: «Без комментариев». На этот раз они обвинили меня в том, что я не знаю о чем говорю, все перепутал и вся информация недостоверна.

Через два дня после этого мы снова прислали в кремлевскую администрацию те же вопросы, уточняя, что у нас есть подтверждение платежей от владельца «Дрезденер банк».

Перед администрацией президента России встал выбор: либо продолжать и дальше все отрицать, несмотря на подтверждение немецкого банка, либо дать свою версию случившегося, давая тем самым новый толчок расследованию.

Тогда Кремль также подтвердил те три платежа, но не ответили на вопросы обо всех остальных взятках. Мы решили, что нам не обязательно делать книгу всех взяток, и будет вполне достаточно этих трёх примеров.

16. Ловите тех, кто от вас прячется. Даже когда все злятся и очень насторожены, всегда найдется момент,  чтобы подловить нужного человека и получить интервью. У интересующих вас людей обязательно будет какое-то публичное событие раз в несколько месяцев — какой-нибудь конгресс или конференция. Если вы туда придете, им будет сложно от вас скрыться.

Когда-то мне нужно было интервью с австрийским бизнесменом, который скупал телефонные компании у людей из Восточной Европы, находящихся в розыске по обвинению в коррупции, а затем на аукционах продавал их крупным компаниям.

Однажды он купил компанию в Грузии и Сербии, позже выставил ее на аукционе в Белграде. Бизнесмен не хотел со мной говорить, и я просто нашел этот аукцион и заселился в тот отель, где он останавливался. У него не оставалось возможности от меня отделаться, а без разговора с ним я не смог бы писать историю.

Он продал тогда компанию за 1,5 миллиарда долларов, заработав таким образом огромные деньги, и был так рад, что с легкостью согласился со мной говорить.

 

17. Ищите документы и избегайте секретных источников.  Документы можно использовать без опасения того, что за них кому-то прострелят голову. Если вы хорошо делаете свою работу как журналист-расследователь, все будут вас ненавидеть. Если у вас в статье есть секретные источники, а на вас подадут в суд из-за расследование, вам придется открыть имя источника, чтобы не проиграть дело. Поэтому либо имейте источников, имена которых можно называть, либо документы, которые подтверждают вашу правоту.

18. Будьте готовы к судам. Несколько лет назад на меня подали в суд во Франции. Я тогда расследовал коррупционную схему одной французской компании, взятки которой составляли сотни миллионов долларов. В то же время, у них были контракты по финансированию от Всемирного Банка.

Компания очень боялась остаться без поддержки Всемирного Банка и подала на меня в суд. В итоге меня признали невиновным, но защита в суде обошлась Wall Street Journal в 250 тысяч евро. Это дорого.

Когда я писал о взятках Путину от «Дрезденер банк», который на тот момент был одним из крупнейших в Германии, на Wall Street Journal подали в суд. Когда вы обвиняете президента, нужно иметь абсолютные доказательства, либо признание вины другой стороной. К тому же, в таких серьезных заявлениях нужно иметь не менее трёх источников, все из которых можно называть.

19. Не платите за информацию. В какой-то момент я понял, что бесплатно добываю гораздо больше информации, чем немецкие СМИ, которые за нее платят. Часто плата за информацию губительна, потому что «платная информация» совершенно не означает «правдивая».

Иногда деньги даже побуждают людей фальсифицировать информацию. Крупнейший пример тому – «Дневники Гитлера», опубликованные когда-то в журнале Stern. Журнал заплатил миллионы за них, а в итоге они оказались полностью выдуманной подделкой.

20. Найдите историю, вокруг которой будете строить повествование. Это делается в самом конце, уже перед тем, как вы садитесь писать. Если вы в самом начале знаете, как хотите рассказать историю, скорее всего, вам не стоит за нее даже браться.

Тут надо понимать, что это длинные истории, чтение которых занимает от 20 до 40 минут. И если миллионы людей заходят их читать (а нашу историю на сайте прочли 9 миллионов человек и примерно столько же – на Der Spiegel), то вам нужно также развлекать читателя и удерживать его внимание.

Нужно упрощать факты, чтобы люди понимали, о чём речь, и запоминали. Если в вашей истории будет 20-30 имен, их никто не запомнит. А если вы сфокусируетесь на одном человеке, и подадите историю его глазами, то после получасового чтения у вашего читателя возникнет ощущение личного знакомства с героем. Он в какой-то степени начнет симпатизировать ему и захочет знать больше.

Надо учитывать и то, где и как ваш читатель знакомится с текстом. Чаще всего это происходит в метро, где тебя толкают со всех сторон, у нужна откровенная сила воли, чтобы не прервать чтение и дочитать статью до конца.

До 2008 года The Wall Street Journal печатал на первой полосе две длинные истории на 30 минут. Когда газета провела исследование, то выяснилось, что текст до конца дочитывают лишь 18%. Остальные переключаются на следующий.

Исследования показали, что люди читают в среднем два текста в день, и примерно раз в неделю дочитывают один текст до конца. Но при этом им нужен выбор. Конечно, каждый журналист хочет, чтобы именно его тест дочитали до конца, поэтому все стараются сделать историю максимально интересной.

21. Создайте команду и вовлекайте людей. В последние 24 часа перед публикацией начинается паника и интенсивная перепроверка информации: правописание всех имен и прочих деталей. Для этого важно, чтобы люди, с которыми вы работали и которые давали вам информацию, были доступны в этот момент.

Для этого я собираю своеобразные «команды», в которых люди не знают друг друга, но все знают меня. После публикации мы можем даже сходить вместе на ужин, присылать  друг другу открытки к Рождеству или Дню Рождения.

Копировать в буфер обмена
Подписаться на новости
Закрыть
Отписаться от новостей
Закрыть
Опрос
Закрыть
  • 1Какой стол вам нравится?*
  • 2На каком стуле вам удобнее сидеть?*
    На кресле
    На электрическом стуле
    На табуретке
  • 3Как вы провели лето? *