Статьи
  • Главная
  • Статьи
  • Медиасреда
  • Американская журналистка о Трампе в СМИ: «Это как наркомания. На каком-то этапе уже трудно остановиться»

8 ноября США выбирают нового президента. В преддверии этого MYMEDIA поговорили с американской журналисткой Бетси Фишер Мартин о российском влиянии в американской политике и медийном «феномене Трампа».

Бетси приехала в Киев в конце октября по приглашению Американского дома. Она провела серию мастер-классов об американской политике и прессе — у нее уже 23 года опыта в этих сферах. Бетси работала управляющим редактором политического департамента NBC News и была исполнительным директором программы Meet the Press, где выпускала интервью с президентами, главами государств, кандидатами в президенты. Сейчас она является руководителем американского университета международных отношений.

Многие обвиняют СМИ в том, что именно они с самого начала сделали возможным подъем Трампа до одного из двух основных кандидатов в президенты. Как вы думаете, это можно было бы предотвратить, если бы СМИ изначально меньше реагировали на провокации с его стороны?

Это вопрос того, сделали ли СМИ из Трампа знаменитость или знаменитость Трампа изначально диктовала количество внимания от СМИ, которое он получил. Трамп был знаменитостью сам по себе, когда решил баллотироваться на пост президента. Он уникальный персонаж, люди были заинтересованы. Телевидение в особенности — они очень рано начали искать контакт с ним, а затема начали его использовать для поднятия собственных рейтингов. Его много показывали, потому что много смотрели.  Потом одно перетекало в другое. И чем больше люди смотрели, тем больше его показывали.

Были также телевизионные менеджеры, движимые идеей зароботка. Что тоже важно, так как телевидение является бизнесом, в конце концов. Это как наркомания: на каком-то этапе уже трудно остановиться и сказать себе «хватит».

Здесь началась критика. Телеканалы остановились и подумали: «Подождите. Мы не можем транслировать 1,5 нефильтрованного митинга в поддержку Трампа просто потому, что это приносит нам рейтинги».

Что касается печатной пресcы, то они с самого начала с натяжкой воспринимали Трампа серьезно.

Люди не могут всерьез его поддерживать, думали СМИ, и потому недостаточно исследовали его как кандидата: не дали достаточно критического материала и не изучили настолько тщательно, как это в норме было бы с любым другим кандидатом.

У них было пренебрежительное отношение, скорее как к развлечению. А из-за того, что он был «непроверенным», ему удалось дойти до той стадии, когда люди действительно начали его поддерживать.

Тем не менее, ни одно авторитетное издание не поддержало Трампа.

В каком смысле поддержало?

Насколько я понимаю, в Америке есть традиция среди изданий накануне выборов поддерживать одного из кандидатов.

Культуру этой поддержки (Endorsement) сложно понять, особенно тем, кто не из Штатов. Я не совсем согласна с самой идеей, но это часть американской традиции. Это редакционный компонент, который не имеет совершенно ничего общего с журналистским компонентом редакции. Эти две стороны вообще не пересекаются.

В американских редакциях есть отдельная редколлегия, которая публикует мнение редакции — редакционные статьи на любые темы.

Они же делают то, что называется Endorsement: в редакцию приходит кандидат, общается с коллегией и после этого газета его поддерживает. Но это никак не относится к журналистскому контенту редакции и никак на него не влияет. Сам факт того, что редакция поддержала Хиллари Клинтон, не означает, что редколлегия диктует журналистам освещать ее в более позитивном свете.  

А в редколлегию входят не те же редакторы, которые потом редактируют журналистские тексты?

Нет. В этом вся и разница, и именно это сложно понять. Редколлегия абсолютно, на 100%, независима от журналистского контента, и они никак не пересекаются. В газете они выполняют только функцию «мнение редакции»: ежедневно публикуют статьи на разные темы в разделе Editorial. У них есть авторы и колумнисты, которые также публикуются в этой рубрике.  

Снова, я не полностью согласна с тем, что это должно вообще происходить. Но история этой традиции в том, что люди доверяли редакции, точнее ее редколлегии, давать свое взвешенное мнение о том, как людям следует голосовать.

Бетси Фишер Мартин проводит мастер-класс о том, как говорить с медиа, чтобы быть услышанным.

 

Насколько повлиял на мнение американцев тот факт, что ни одна влиятельная газета не рекомендовали Трампа на выборах?

Не знаю. Даже не знаю, есть ли какие-то исследования, которые изучали бы влияние редакционных материалов на ход выборов в прошлом. Это хороший вопрос. Не знаю, есть ли какие-то эмпирические доказательства того, насколько этот фактор влиятелен. Думаю, тут очень много индивидуальных факторов. В газетах надо принимать во внимание также, согласна ли журналистская часть редакции с мнением редколлегии и какой вес для них это имеет.

Есть издания, в которых редколлегии занимают более консервативную позицию и, как правило, поддерживают республиканцев. А в этот раз они решили поддержать Хиллари Клинтон. Скорее всего, это имеет больший эффект, потому что выходит за рамки нормы. Возможно, это простимулирует кого-то подумать еще раз. Но я не знаю конкретных исследований по этому поводу.

Честно говоря, я вообще не думаю, что люди читают достаточно газет, чтобы их это склонило в том или ином направлении. Сейчас в основном все потребляют новости из Twitter, Facebook или других источников, поэтому мне кажется мнение редколлегии уже не имеет такого большого веса, как 40 лет назад.

А если говорить о социальных медиа, как их использование в избирательной кампании изменилось по сравнению с 2008 годом?

Соцсети играют огромную роль. И не только в том, как их используют кандидаты. Дональд Трамп делает Tweet-штормы, выкладывая там свою повестку и реагируя на атаки людей в режиме реального времени. Хиллари Клинтон тоже использует соцсети, но более стратегическим образом, таргетируя разные слои населения.

Американцы очень много новостей потребляют именно из социальных сетей, но социальные медиа становятся всё более поляризованными. Я вижу тут опасность в том, что стало очень легко окружать себя новостями, которые соответствуют твоим собственным взглядам. То есть ты слушаешь лишь отражение собственных мыслей и они еще больше уверяют тебя в правоте своей позиции.

В соцмедиа это происходит так: мы подписываемся на конкретных людей, следим за ними в Twitter и Facebook, читаем блоги, которые нам близки, и так можно оказаться во вселенной собственных политических взглядов. Это опасно.

Видите ли вы какие-то параллели в риторике Дональда Трампа и российской пропаганды? В плане постоянного повторения лжи, отвлечения внимания от действительно важного и нарушения всевозможных социальных норм? Как с этим справляются американские СМИ?

Я не знаю достаточно о российском примере, чтобы делать прямые сравнения, но могу сказать про Дональда Трампа и тех средствах, которые он использует в предвыборной кампании. Многие новостные организации в США делали проверки фактов его высказываний и часто находили, что они были либо ошибочны, либо вообще взяты из ниоткуда. Некоторые медиа делали тест «Пинокио» (три «пинокио» означает в основном ложь, два  —  наполовину правда, один — большинство правда, и очень редко — Джипетто — совершенная правда). По результатам тестов высчитывается, сколько лжи было сказано в ходе этой кампании обоими кандидатами. Хотя многое из этого может быть субъективным.

 

За апдейтами "Пинокио Теста" можно следить на TheWahington Post

 

В этой кампании очень много изучали высказываний Трампа. Он не раз менял свою позицию по целому ряду вопросов, иногда радикально. К примеру, в 1998 году в интервью Meet the Press, которое я выпускала, Трамп очень решительно заявлял, что он «за выбор» по вопросу абортов [а в 2016 году Трамп сказал, что женщины заслуживают «той или иной формы наказания» за аборты].

Вы упомянули феномен фактчекинга, в том числе проверки высказываний во время дебатов в режиме реального времени, которым занимаются многие крупные издания. Насколько влиятелен этот инструмент для формирования общественного мнения?

Он более доступен для людей, поэтому они это обсуждают. Но это не новый феномен — мы уже многие годы проверяем факты в режиме реального времени. Я тоже этим занималась в ночь дебатов на своей предыдущей работе. Я начинала как политический исследователь на телевидении. Моя работа заключалась в том, чтобы делать политические исследования для ТВ-шоу и политического компонента NBC. Каждый раз во время дебатов я была в команде факт-чекеров. Мы онлайн проверяли факты, а потом писали об этом статьи. Обычно в этой команде «всеночников» было 3-4 человека.

У нас еще не было тогда различных инструментов для проверки фактов, это был каменный век, тогда даже Google не было. Я доставала статьи из своих исследовательских папок, из газет, книг, других новостных ресурсов на разные темы.

Сейчас эта тенденция стала более заметна в медиа, потому что люди больше потребляют новостей и больше говорят о факт-чекинге в принципе.

А как насчёт роста националистической риторики в США? Можно ли отнести его к кампании Дональда Трампа? Даже его лозунг «сделаем Америку снова великой» чем-то напоминает российские настроения после путинской аннексии Крыма.

Я думаю, что «сделать Америку снова Великой» относится в основном к экономике. Трамп решил конкретно адресовать этот месседж людям с не самым благополучным экономическим состоянием. Я думаю, это больше популистское заявление. Как «сделать Америку снова Великой» за счет улучшения рабочих мест и экономической ситуации и не пуская иммигрантов в страну. Те, кто испытывает экономические трудности, часто опасаются, что их рабочее место заберут иммигранты. Поэтому он много обращений строил вокруг этого вопроса.

США официально обвиняет российское правительство в кибератаках на Национальный комитет демократической партии. [Фирма Threat Connect, занимающейся вопросами кибербезопасности, расследовала взломы электронной базы избирателей, которые произошли в двух американских штатах. Один из IP-адресов оказался тем же, который использовался в ходе кибератак в Украине, Турции и Германии ранее в этом году]. Насколько это серьезно явление для американской политики, и как это будет дальше влиять на повестку дня?

Не знаю точно, какую роль в итоге это сыграет, но это совершенно беспрецедентная хакерская атака в американской политической системе. Когда Глава Демократического национального комитета вынуждена была уйти в отставку [Дебби Вассерман Шульц заявила о решении уйти в отставку в конце июля после утечки и публикации внутренней переписки комитета, в которой Берни Сандерса выставляется в невыгодном свете для увеличения шансов Клинтон стать кандидатом в президенты]. Трамп пытался использовать это в своей кампании, и вообще сделать вопрос России центральным.

Если посмотреть на опросы избирателей после атаки, можно понять, как это оценил американский народ.

[Согласно информации международного центра исследования общественного мнения YouGov, 29% американцев считает, что Россия несет ответственность за утечку мейлов Демократического национального комитета, тогда как 22% считает, что не несёт. Результаты отличаются, в зависимости от партии — демократы гораздо более склонны обвинять Россию, чем республиканцы. Тем не менее, обе партии одинаково негативно оценивают Россию в целом: два из трех американцев считают Россию недружественной страной или даже врагом США. Примерно столько же негативно относятся к президенту России Владимиру Путину. Позитивно к нему относится 17% американцев].

Насколько активны российские тролли и боты в Америке? В The New York Times выходило прогремевшее на весь мир расследование о «фабрике троллей» в Санкт-Петербурге. Его автор Эдриан Чен также утверждает, что он заметил активность российских троллей в американском интернете. Мол, тролли маскируются в интернете под американцев-сторонников Трампа. Насколько это вообще обсуждается в американских СМИ?

Об этом не очень много говорили. Не знаю, почему, но это не было обсуждаемым компонентом компонентом кампании. В центре внимания последние недели были электронная почта и хакерские атаки.

Комментарии

Републикация
Закрыть
Правила републикации материала
  • 1MYMEDIA приветствует использование, перепечатывание и распространение материалов, опубликованных на нашем сайте.
  • 2Обязательным условием использования материалов MYMEDIA является указание их авторства, ресурса mymedia.org.ua как первоисточника и размещение активной ссылки на оригинал материала на нашем сайте.
  • 3Если републикуется лишь часть материала, это обязательно указывается в тексте.
  • 4Не допускаются изменения содержания, имен или фактов, наведенных в материале, а также другие его трансформации, которые влекут за собой искажение смысла и замысла автора.
  • 5MYMEDIA оставляет за собой право в любое время отозвать разрешение на использование материала.

8 ноября США выбирают нового президента. В преддверии этого MYMEDIA поговорили с американской журналисткой Бетси Фишер Мартин о российском влиянии в американской политике и медийном «феномене Трампа».

Бетси приехала в Киев в конце октября по приглашению Американского дома. Она провела серию мастер-классов об американской политике и прессе — у нее уже 23 года опыта в этих сферах. Бетси работала управляющим редактором политического департамента NBC News и была исполнительным директором программы Meet the Press, где выпускала интервью с президентами, главами государств, кандидатами в президенты. Сейчас она является руководителем американского университета международных отношений.

Многие обвиняют СМИ в том, что именно они с самого начала сделали возможным подъем Трампа до одного из двух основных кандидатов в президенты. Как вы думаете, это можно было бы предотвратить, если бы СМИ изначально меньше реагировали на провокации с его стороны?

Это вопрос того, сделали ли СМИ из Трампа знаменитость или знаменитость Трампа изначально диктовала количество внимания от СМИ, которое он получил. Трамп был знаменитостью сам по себе, когда решил баллотироваться на пост президента. Он уникальный персонаж, люди были заинтересованы. Телевидение в особенности — они очень рано начали искать контакт с ним, а затема начали его использовать для поднятия собственных рейтингов. Его много показывали, потому что много смотрели.  Потом одно перетекало в другое. И чем больше люди смотрели, тем больше его показывали.

Были также телевизионные менеджеры, движимые идеей зароботка. Что тоже важно, так как телевидение является бизнесом, в конце концов. Это как наркомания: на каком-то этапе уже трудно остановиться и сказать себе «хватит».

Здесь началась критика. Телеканалы остановились и подумали: «Подождите. Мы не можем транслировать 1,5 нефильтрованного митинга в поддержку Трампа просто потому, что это приносит нам рейтинги».

Что касается печатной пресcы, то они с самого начала с натяжкой воспринимали Трампа серьезно.

Люди не могут всерьез его поддерживать, думали СМИ, и потому недостаточно исследовали его как кандидата: не дали достаточно критического материала и не изучили настолько тщательно, как это в норме было бы с любым другим кандидатом.

У них было пренебрежительное отношение, скорее как к развлечению. А из-за того, что он был «непроверенным», ему удалось дойти до той стадии, когда люди действительно начали его поддерживать.

Тем не менее, ни одно авторитетное издание не поддержало Трампа.

В каком смысле поддержало?

Насколько я понимаю, в Америке есть традиция среди изданий накануне выборов поддерживать одного из кандидатов.

Культуру этой поддержки (Endorsement) сложно понять, особенно тем, кто не из Штатов. Я не совсем согласна с самой идеей, но это часть американской традиции. Это редакционный компонент, который не имеет совершенно ничего общего с журналистским компонентом редакции. Эти две стороны вообще не пересекаются.

В американских редакциях есть отдельная редколлегия, которая публикует мнение редакции — редакционные статьи на любые темы.

Они же делают то, что называется Endorsement: в редакцию приходит кандидат, общается с коллегией и после этого газета его поддерживает. Но это никак не относится к журналистскому контенту редакции и никак на него не влияет. Сам факт того, что редакция поддержала Хиллари Клинтон, не означает, что редколлегия диктует журналистам освещать ее в более позитивном свете.  

А в редколлегию входят не те же редакторы, которые потом редактируют журналистские тексты?

Нет. В этом вся и разница, и именно это сложно понять. Редколлегия абсолютно, на 100%, независима от журналистского контента, и они никак не пересекаются. В газете они выполняют только функцию «мнение редакции»: ежедневно публикуют статьи на разные темы в разделе Editorial. У них есть авторы и колумнисты, которые также публикуются в этой рубрике.  

Снова, я не полностью согласна с тем, что это должно вообще происходить. Но история этой традиции в том, что люди доверяли редакции, точнее ее редколлегии, давать свое взвешенное мнение о том, как людям следует голосовать.

Бетси Фишер Мартин проводит мастер-класс о том, как говорить с медиа, чтобы быть услышанным.

 

Насколько повлиял на мнение американцев тот факт, что ни одна влиятельная газета не рекомендовали Трампа на выборах?

Не знаю. Даже не знаю, есть ли какие-то исследования, которые изучали бы влияние редакционных материалов на ход выборов в прошлом. Это хороший вопрос. Не знаю, есть ли какие-то эмпирические доказательства того, насколько этот фактор влиятелен. Думаю, тут очень много индивидуальных факторов. В газетах надо принимать во внимание также, согласна ли журналистская часть редакции с мнением редколлегии и какой вес для них это имеет.

Есть издания, в которых редколлегии занимают более консервативную позицию и, как правило, поддерживают республиканцев. А в этот раз они решили поддержать Хиллари Клинтон. Скорее всего, это имеет больший эффект, потому что выходит за рамки нормы. Возможно, это простимулирует кого-то подумать еще раз. Но я не знаю конкретных исследований по этому поводу.

Честно говоря, я вообще не думаю, что люди читают достаточно газет, чтобы их это склонило в том или ином направлении. Сейчас в основном все потребляют новости из Twitter, Facebook или других источников, поэтому мне кажется мнение редколлегии уже не имеет такого большого веса, как 40 лет назад.

А если говорить о социальных медиа, как их использование в избирательной кампании изменилось по сравнению с 2008 годом?

Соцсети играют огромную роль. И не только в том, как их используют кандидаты. Дональд Трамп делает Tweet-штормы, выкладывая там свою повестку и реагируя на атаки людей в режиме реального времени. Хиллари Клинтон тоже использует соцсети, но более стратегическим образом, таргетируя разные слои населения.

Американцы очень много новостей потребляют именно из социальных сетей, но социальные медиа становятся всё более поляризованными. Я вижу тут опасность в том, что стало очень легко окружать себя новостями, которые соответствуют твоим собственным взглядам. То есть ты слушаешь лишь отражение собственных мыслей и они еще больше уверяют тебя в правоте своей позиции.

В соцмедиа это происходит так: мы подписываемся на конкретных людей, следим за ними в Twitter и Facebook, читаем блоги, которые нам близки, и так можно оказаться во вселенной собственных политических взглядов. Это опасно.

Видите ли вы какие-то параллели в риторике Дональда Трампа и российской пропаганды? В плане постоянного повторения лжи, отвлечения внимания от действительно важного и нарушения всевозможных социальных норм? Как с этим справляются американские СМИ?

Я не знаю достаточно о российском примере, чтобы делать прямые сравнения, но могу сказать про Дональда Трампа и тех средствах, которые он использует в предвыборной кампании. Многие новостные организации в США делали проверки фактов его высказываний и часто находили, что они были либо ошибочны, либо вообще взяты из ниоткуда. Некоторые медиа делали тест «Пинокио» (три «пинокио» означает в основном ложь, два  —  наполовину правда, один — большинство правда, и очень редко — Джипетто — совершенная правда). По результатам тестов высчитывается, сколько лжи было сказано в ходе этой кампании обоими кандидатами. Хотя многое из этого может быть субъективным.

 

За апдейтами "Пинокио Теста" можно следить на TheWahington Post

 

В этой кампании очень много изучали высказываний Трампа. Он не раз менял свою позицию по целому ряду вопросов, иногда радикально. К примеру, в 1998 году в интервью Meet the Press, которое я выпускала, Трамп очень решительно заявлял, что он «за выбор» по вопросу абортов [а в 2016 году Трамп сказал, что женщины заслуживают «той или иной формы наказания» за аборты].

Вы упомянули феномен фактчекинга, в том числе проверки высказываний во время дебатов в режиме реального времени, которым занимаются многие крупные издания. Насколько влиятелен этот инструмент для формирования общественного мнения?

Он более доступен для людей, поэтому они это обсуждают. Но это не новый феномен — мы уже многие годы проверяем факты в режиме реального времени. Я тоже этим занималась в ночь дебатов на своей предыдущей работе. Я начинала как политический исследователь на телевидении. Моя работа заключалась в том, чтобы делать политические исследования для ТВ-шоу и политического компонента NBC. Каждый раз во время дебатов я была в команде факт-чекеров. Мы онлайн проверяли факты, а потом писали об этом статьи. Обычно в этой команде «всеночников» было 3-4 человека.

У нас еще не было тогда различных инструментов для проверки фактов, это был каменный век, тогда даже Google не было. Я доставала статьи из своих исследовательских папок, из газет, книг, других новостных ресурсов на разные темы.

Сейчас эта тенденция стала более заметна в медиа, потому что люди больше потребляют новостей и больше говорят о факт-чекинге в принципе.

А как насчёт роста националистической риторики в США? Можно ли отнести его к кампании Дональда Трампа? Даже его лозунг «сделаем Америку снова великой» чем-то напоминает российские настроения после путинской аннексии Крыма.

Я думаю, что «сделать Америку снова Великой» относится в основном к экономике. Трамп решил конкретно адресовать этот месседж людям с не самым благополучным экономическим состоянием. Я думаю, это больше популистское заявление. Как «сделать Америку снова Великой» за счет улучшения рабочих мест и экономической ситуации и не пуская иммигрантов в страну. Те, кто испытывает экономические трудности, часто опасаются, что их рабочее место заберут иммигранты. Поэтому он много обращений строил вокруг этого вопроса.

США официально обвиняет российское правительство в кибератаках на Национальный комитет демократической партии. [Фирма Threat Connect, занимающейся вопросами кибербезопасности, расследовала взломы электронной базы избирателей, которые произошли в двух американских штатах. Один из IP-адресов оказался тем же, который использовался в ходе кибератак в Украине, Турции и Германии ранее в этом году]. Насколько это серьезно явление для американской политики, и как это будет дальше влиять на повестку дня?

Не знаю точно, какую роль в итоге это сыграет, но это совершенно беспрецедентная хакерская атака в американской политической системе. Когда Глава Демократического национального комитета вынуждена была уйти в отставку [Дебби Вассерман Шульц заявила о решении уйти в отставку в конце июля после утечки и публикации внутренней переписки комитета, в которой Берни Сандерса выставляется в невыгодном свете для увеличения шансов Клинтон стать кандидатом в президенты]. Трамп пытался использовать это в своей кампании, и вообще сделать вопрос России центральным.

Если посмотреть на опросы избирателей после атаки, можно понять, как это оценил американский народ.

[Согласно информации международного центра исследования общественного мнения YouGov, 29% американцев считает, что Россия несет ответственность за утечку мейлов Демократического национального комитета, тогда как 22% считает, что не несёт. Результаты отличаются, в зависимости от партии — демократы гораздо более склонны обвинять Россию, чем республиканцы. Тем не менее, обе партии одинаково негативно оценивают Россию в целом: два из трех американцев считают Россию недружественной страной или даже врагом США. Примерно столько же негативно относятся к президенту России Владимиру Путину. Позитивно к нему относится 17% американцев].

Насколько активны российские тролли и боты в Америке? В The New York Times выходило прогремевшее на весь мир расследование о «фабрике троллей» в Санкт-Петербурге. Его автор Эдриан Чен также утверждает, что он заметил активность российских троллей в американском интернете. Мол, тролли маскируются в интернете под американцев-сторонников Трампа. Насколько это вообще обсуждается в американских СМИ?

Об этом не очень много говорили. Не знаю, почему, но это не было обсуждаемым компонентом компонентом кампании. В центре внимания последние недели были электронная почта и хакерские атаки.

Копировать в буфер обмена
Подписаться на новости
Закрыть
Отписаться от новостей
Закрыть
Опрос
Закрыть
  • 1Какой стол вам нравится?*
  • 2На каком стуле вам удобнее сидеть?*
    На кресле
    На электрическом стуле
    На табуретке
  • 3Как вы провели лето? *